«Блумберг» как зеркало фондового рынка

Публичное выяснение отношений между известными в финансовых кругах людьми – журналистом «Блумберга» Нариманом Гизитдиновым и финансистом Тимуром Турловым – не укладывается в привычную схему «журналист спросил – финансист ответил».

Родился эпистолярный жанр, по сути модный нынче батл, вслух и публично пытавшийся проговорить неприятную для финансистов тему профессиональной нечистоплотности финансовых компаний, а фактически поднявший вечную человеческую тему ответственности, желания и веры.  

Что, по сути, произошло? Произошло то, что влиятельный американский информационный холдинг на весь мир рассказал, как небольшая частная компания в далеком Казахстане «разогрела» в этом самом Казахстане небольшой фондовый рынок способами не совсем приличными, которые могут таить риски для клиентов компании. Учитывая масштаб влияния, возможный крах частной компании затронет клиентов других компаний, рынок ведь мелкий, и, как говорится, сядут все.

Текст удачно вписался в период размещения частной компанией в США своих акций.  И теперь американские клиенты должны автоматически примерить на себя потенциальные риски казахстанских коллег и, понятное дело, сделать выводы.

Заказуха, спросите вы? Не факт, отвечу я. Не думаю, что гильдия американских брокеров, увидев логотипы казахстанцев на фасаде Уолл-Стрит, бросилась перечислять деньги в «Блумберг»: слишком мал вес пришельцев, чтобы распугать всех акул на главной финансовой улице мира.

Скорее, дело в местных амбициях: «Фридома» стало до неприличия много. Он везде: в газетах, в телевизоре, в социальных сетях, в статусных сделках, на пресс-конференциях с медийными людьми. Нужен эксперт? Позвони во «Фридом». Он на передовой. Национальный банк лишь формирует мнение о криптовалюте, а «Фридом» готов уже выпустить облигации с привязкой к крипте. Это не может не вызывать отторжения у части финансового сообщества.

Все умрут, а я останусь. В кризис 2008-2010 годов ушли все иностранные брокеры, пришедшие в Казахстан на волне подъема. Решили, что не стоит. Небольшой частный брокер сделал иные выводы и уже несколько лет строит свою модель брокерского бизнеса, прогибая под себя неповоротливый местный рынок и зевающих местных брокеров.

Безусловно, вопрос, когда заканчивается работа маркет-сейкера и начинается банальное надувание пузыря, закономерный. А сама империя «Фридома», владельца компаний, газет, и так хочется написать – пароходов, искусно заточена под производственную задачу – на рост активов – основу стабильности этой империи.

Проблема не в шустром «Фридоме», не в том, что Тимур Турлов поверил в местный рынок, причем поверил не как благотворитель, а как капиталист, делающий бизнес. Проблема в том, что остальные не верят. Либо хотят получить готовое. Критиковать и ругать проще. А возьмите и сделайте, и сделайте правильно.

Когда появится большое число активных розничных брокеров, предлагающих инвесторам другие инструменты и способныж скупать падающие в цене акции? Нет у нас таких брокеров и, наверное, не будет. Владельцы большинства местных брокеров – банки, вряд ли они хотят видеть взлет фондового рынка, ведь он конкурент. А если владелец брокерской конторы – частник, он хочет рентабельности без особых затрат. Еще «народное IPO», а еще финансовую грамотность за государственный счет.

На фоне аморфных местных брокеров «Фридом» резвится не по-детски. Верит в себя, когда управляющий пенсионными активами – Национальный банк готов увеличить долларовые вложения в иностранные ценные бумаги. В новейшей истории финансового рынка не было такого, чтобы государство так целеустремленно стремилось к зарубежным доходностям. А что делать? Свой рынок мал, и для его развития нужна либерализация, а для этого – гражданское мужество и чиновничья ответственность. Проще спросить с иностранных управляющих.

Вот отрывок из свежей статьи на finanz.ru «Эйфория розничных инвесторов в США перекрыла пузырь доткомов»: «...Крупные игроки используют рост рынка, чтобы продавать, фиксируя прибыль по рекордным в истории ценам. По данным BofA, институциональные клиенты продают акции семь из восьми последних недель, а хедж-фонды – шесть недель подряд. С начала года физлица принесли на рынок 9,8 миллиарда долларов, тогда как фонды вывели около 50 миллиардов».

Фондовый рынок – не институт благородных девиц. У нас тоже были брокеры, которых лишили лицензии за махинации со счетами клиентов. А также те, кто не ушел с рынка, но успел грамотно посадить на счета частных НПФ свой неликвид. Давайте будем честными, господа.

Спасибо «Блумбергу», хотя бы поговорим.