Алишер Пирметов: «Эффект от ЭКСПО уже есть, и он будет расти»

Использовать или нет возможности «ЭКСПО» – вопрос желания и способностей госструктур.

29 Сентября 2017 17:27 Автор: Саян Абаев
Алишер Пирметов: «Эффект от ЭКСПО уже есть, и он будет расти», ТЭК, Алишер Пирметов, ЭКСПО-2017, Нур Алем

Об итогах международной специализированной выставки, экономическом эффекте, который получил Казахстан и его партнеры, и о глобальном влиянии EXPO-2017 на все отрасли экономики корреспондент Atameken business channel ведет беседу с первым заместителем председателя правления Национальной компании «Астана ЭКСПО 2017» Алишером Пирметовым. 

– Алишер Хабибуллаевич, много говорят об успешности «Астана Экспо-2017». А в чем, собственно, успех? В количестве посетителей?

– Безусловно, это один из главных показателей. Поскольку любая выставка, и наша в том числе, направлена на посетителей, то их число и количество посещений – две главные для нас цифры. Итоги «Астана Экспо» превзошли все ожидания и прогнозы. Согласно регистрационному досье, мы ожидали более двух миллионов гостей, в итоге выставку посетило около четырех миллионов, среди которых полмиллиона туристов из 187 стран мира. Что касается посещений объектов «Экспо-2017», то здесь цифра и вовсе фантастическая. Против прогнозируемых пяти миллионов посещений – более 33 миллионов. Самым популярным павильоном стал, конечно, «Нур Алем». Он стал новой визитной карточкой Астаны и всего Казахстана. Безусловно, в короткий срок он стал туристическим местом номер один в Казахстане. Это первое. 

Во-вторых, совершенной для нас неожиданностью было письмо от столичных бизнесменов, которые просили продлить выставку. Конечно, мы бы сделали это с удовольствием, но ввиду строгости регламентов Международного бюро выставок и ограниченности бюджетов участников нам этого не удалось. Но такая реакция бизнеса – это огромный успех, я считаю. В период подготовки к выставке с сентября 2015 года, то есть с приходом на пост председателя Ахметжана Есимова, по стране были созданы десятки тысяч рабочих мест. Мы, конечно, ждали и надеялись, что сможем придать долгожданный импульс внутреннему и въездному туризму. Но такой реакции и такого роста туристического бизнеса в столице мы даже не осмеливались ожидать…

– Это в столице. А в регионах? 

– В регионах рост, думаю, тоже есть. Но он, наверное, будет виден в конце года, когда будет подведена годовая статистика. Ну и потом, поймите, что задача «Экспо», как сказал Ахметжан Смагулович, – создавать возможности. Использовать их или нет – вопрос желания и способностей других государственных структур и местных исполнительных органов. Акимат столицы, я считаю, их использовал на полную катушку. 

Я хотел бы вернуться к вашему первому вопросу – об успешности. Вот на примере туристического бизнеса Астаны мы тоже видим наш успех. Он в том, что те же самые туркомпании поняли, что на въездном или даже внутреннем туризме зарабатывать интереснее, чем, как они привыкли, в качестве посредников отправлять наших туристов в Турцию или в Египет. Это очень серьезный успех. Если раньше для них это было недосягаемой мечтой, и на своих коллег, работающих на «прием», из той же Турции, например, они смотрели как на небожителей, то сейчас поняли, что и эта задача им по плечу. И теперь они за этот рынок будут сражаться, а значит, это на пользу экономике страны. 
 
Третье: не думаю, что кто-то сможет оспорить, что более 50 тысяч созданных и сохраненных рабочих мест в период подготовки и более 20 тысяч в период проведения – это тоже успех. Назовите мне хотя бы один государственный проект, который смог похвастать такими же показателями! 

– На память не смогу, конечно…
 
– Четвертое: медийный и рекламный охват по миру суммарно превысил 2,6 миллиарда человек. Думаю, Вы, как журналист, знаете, что это такое и в чем ценность для страны. 

И пятое, но, наверное, самое главное. Собрав и показав на сравнительно небольшой территории 193 передовые технологии со всего мира, мы заставили казахстанцев задаться очень простым вопросом: если мир будет жить этим в ближайшие годы, то чем будем жить мы? Я по долгу службы общаюсь с разными людьми, и с бизнесменами в том числе, и за три месяца выставки неоднократно приходилось слышать от них: «Может, мы не в то деньги вкладываем? Нефть нестабильна, строительный рынок еще более нестабилен, может, пора технологиями заняться?» Я думаю, если десяток хотя бы средних технологичных компаний под впечатлением от «Экспо» будут созданы в Казахстане, то это будет самый большой успех. 

– Из области «зеленых» технологий?

– Почему бы и нет? Рынок перспективный, и в нем еще много свободных ниш. Джон Кеннеди сказал: «Нам нужна молодежь, которая способна мечтать о том, чего у нас никогда не было». По сути, поддерживая и создавая условия для развития перспективной молодежи, мы укрепляем фундамент сильного, инновационного Казахстана. «Экспо» – это, конечно, репутация и имидж нашей страны и столицы. Но, помимо этого, выставка – мощный импульс для инновационно-технологического развития Казахстана. 
   
– Президент страны заявил, что «Экспо» себя окупило. Скорее всего, глава государства пользовался цифрами вашей компании. Можно поподробнее? 

– Что касается нашей нацкомпании, то мы действительно кое- что заработали, это порядка 70 миллиардов тенге… 

– На чем? На билетах? 

– Не только. У нас были спонсоры, мы получали деньги от коммерческой деятельности, от продажи прав на лицензионную продукцию и на использование товарного знака и так далее. Но хочу напомнить, что два года назад наш председатель Ахметжан Смагулович Есимов сказал в своем интервью: «Экспо» – это не коммерческое мероприятие, и прибыль от него нельзя высчитывать путем простого торгового баланса». Думаю, это абсолютно верный подход. В общей сложности, как вы знаете, подготовка выставки обошлась в 452 миллиарда тенге. Большая часть – это, разумеется, строительство. Выставка закончилась, вот этот комплекс, никто сносить его не собирается. Как вы знаете, президентом уже утверждена концепция поствыставочного использования, поэтому здания эти пустыми не останутся. То есть, говоря экономическим языком, это новые государственные активы. Можно ли это считать затратами на «Экспо»? Формально, по статьям расходов на них да. А с точки зрения экономической логики вряд ли. Это инфраструктурные вложения, причем имеющие конкретную перспективу. Как подчеркнул после выставки в Ганновере Герхард Шредер, занимавший тогда пост канцлера, «ценность «Экспо» не может быть измерена в деньгах». Поэтому, помимо, что называется, «живых» денег, у нас остались весьма и весьма ликвидные активы. 

Кроме того, существенную прибыль получили, как мы уже говорили, масса компаний – от авиаперевозчиков до отелей и ресторанов. Как думаете, считать ли деньги, выплаченные в качестве налогов или вложенные в расширение бизнеса от эксподоходов, как часть окупаемости «Экспо»?  Суммируя, могу сказать, что если думать по-государственному, опираясь на законы экономики и здравый смысл, то мы получили колоссальный экономический эффект.  

– Несколько раз после назначения Есимова говорилось о том, что расходы сокращаются. Но если проследить историю этих заявлений, то цифра несколько раз менялась в сторону увеличения. С чем это связано: вы не имели точных расчетов или меняли свои планы? 

– Скорее, использовали возможности. Первое, хотя и не столь масштабное сокращение расходов произошло в августе 2015 года, когда топ-менеджмент нацкомпании был сокращен вдвое. В итоге экономия получилась порядка 100 миллионов тенге в год. Затем был тщательно изучен проект выставочного комплекса, который был несколько упрощен и избавлен от лишних элементов, но без потери функционала. На этом этапе было сэкономлено чуть более 300 миллиардов тенге. Последний этап сокращения – это операционные и сервисные расходы. Многие из наших спонсоров пришли не с живыми деньгами, а с услугами, и, оказав их, помогли нам сэкономить бюджетные деньги. 

– Например? 

– Ну, например, пришел «Транстелеком» – помог нам со связью, Интернетом и коммуникационным оборудованием, мы не стали на эти необходимые вещи тратить государственные деньги. Заключили договор с DHL – аналогичная ситуация. 

Суммируя все этапы, экономия получилась более 364 миллиардов тенге. Это 44,6% от начальной стоимости проекта.   

– В публикациях, в пресс-релизах вы часто пишете, что выставку посетили главы государств, правительств и другие высокие гости. Это попытка повысить статус «Экспо-2017» или за этим стоят дипломатические цели и задачи?

– Да, на самом деле за время «Экспо» было организовано 220 официальных мероприятий с участием 28 глав государств, 13 спикеров парламентов и генсекретарей, 10 премьер-министров, 26 заместителей премьер-министров, 70 министров и 48 замминистров. В целом «Экспо-2017» посетили делегации 45 зарубежных стран-участниц. Многих высоких гостей принимал сам президент Казахстана и показывал объекты выставки. 

Увеличение количества лояльных к нашей стране политиков – это также важная часть имиджевого продвижения государства. 

Отмечу, что в рамках проведения выставки подписано 39 соглашений стран-участниц с представителями деловых и научно-образовательных кругов Казахстана в области энергетики, строительства, инвестиций и так далее.

– Давайте не с точки зрения топ-менеджера компании, а по-человечески: что дало Казахстану проведение выставки?

– Ну, собственно, мы об этом с вами говорим уже час. Давайте суммируем: антикризисный эффект в период подготовки – раз, новый импульс, а честно говоря, зарождение въездного туризма, развитие экономики в отдельных ее секторах, появление делового центра Астаны, колоссальный имиджевый эффект по всему миру и, я надеюсь, изменение видения казахстанцев относительно будущего экономики нашей страны. Это глобально. 

Если более локально, то сейчас акимат Астаны уже отобрал 16 лучших мировых технологий из представленных на выставке для внедрения в столице. Аналогичную работу проделали многие регионы. Кроме того, министерство образования и науки, как вы уже знаете, по итогам выставки «Экспо-2017» создало рабочую группу по внедрению новых «зеленых» технологий. Для этого экспертной группой был проведен мониторинг новых технологий в международных павильонах. 
Могли бы мы сделать такое без «Экспо»? Теоретически – да. Практически – вряд ли. Эффект от «Экспо» уже есть, и он будет расти. 

– До начала выставки было много критики и сомнений по поводу необходимости ее проведения. Что Вы хотели бы им сказать? 

– Ничего. Мы уже сказали все самой выставкой. 

Саян Абаев