Банкиры против банкротства физлиц

Профильный законопроект не описывает экономические последствия и влияние от его принятия на финансовый сектор, пожурили разработчиков депутаты.

23 Апреля 2018 08:52 Автор: Майра Медеубаева
Банкиры против банкротства физлиц, банкротство, физические лица, Налоги, платежеспособность, Долги, Канат Баедидов, Кредиты

Спрос на закон о банкротстве физлиц растет. Так, несмотря на снижение армии должников перед государством по налогам за прошлый год на треть, или 0,5 млн, до 1,2 млн человек, размер долга вырос в 1,5 раза, до 19,1 млрд тенге. В пересчете на должника размер не закрытых обязательств перед казной за год вырос более чем в два раза, до около 15 тыс. тенге. Такие данные были озвучены в ходе обсуждения законопроекта «О восстановлении платежеспособности граждан Казахстана» в офисе НДП «Нур Отан».

Принятие закона планируется с 1 января 2021 года, анонсировали представители Министерства финансов. Так, по проекту процесс восстановления платежеспособности состоит из двух процедур: внесудебной и судебной. И, как поясняют разработчики, для установления барьеров массового обращения должников за списанием долгов законопроект предусматривает определенные последствия для лиц, применивших процедуру реализации имущества через судебный механизм.

В частности, в ходе процесса человек не может стать усыновителем, опекуном и попечителем; нотариусом, адвокатом и судебным исполнителем; медиатором, оценщиком и аудитором; администратором в процедурах реабилитации и банкротства, восстановления платежеспособности.

В течение трех лет после прекращения процедуры реализации имущества не может: выезжать за пределы страны; быть администратором в процедурах реабилитации и банкротства, восстановления платежеспособности; получать кредиты, выступать гарантом, созаемщиком, залогодателем; заниматься индивидуальным предпринимательством, открывать юридическое лицо; быть нотариусом, адвокатом и судебным исполнителем.

Вице-министр финансов Канат Баедилов привел данные, что основная кредиторская задолженность приходится на банковские займы. Если говорить о количестве, то в среднем порядка 1 млн граждан имеют просроченную задолженность по банковским займам, либо имеют налоговую задолженность, либо в отношении них имеются неисполненные исполнительные листы. Вместе с тем приведенная статистика не позволяет определить потенциальное количество граждан, которые обратятся в уполномоченный орган для открытия процесса восстановления платежеспособности.

Так, проектом закона предусмотрены определенные критерии, при соответствии которым физическое лицо вправе обратиться в уполномоченный орган для открытия процесса. Основным критерием является тест на неплатежеспособность. То есть долг гражданина на дату подачи заявления должен превышать суммарный размер его активов, а обязательства не исполняются им свыше трех месяцев. Если должник имеет долг по банковскому займу, то до открытия процедуры он обязан обратиться в банк о пересмотре условий его кредитования.

«Для того чтобы применить процесс восстановления гражданину необходимо понимать, превышает ли его сумма просроченной задолженности стоимость имеющихся у него активов. Вместе с тем, по данным экспертов Всемирного банка, в странах, где вводилась процедура банкротства физлиц, количество поданных заявлений в первый год ее введения было незначительным по отношению к общему количеству населения. К примеру, в России в течение 2015 года подано всего лишь 32 тыс. заявлений, в Латвии – всего 5 заявлений, в Эстонии – 304, в Литве – 156. Исходя из среднеарифметического показателя удельного веса по указанным странам, можно предположить, что в первый год к нам обратится около двух тысяч граждан. Но это только гипотетический прогноз», – резюмировал вице-министр.

Законопроект сырой и не дает ответы на многие вопросы, отметили участники заседания. Так, депутат Аманжан Жамалов напомнил, что впервые о необходимости принятия подобного закона было сказано пять лет назад. В то время было принято решение о том, что необходимым условием его принятия является предварительное внедрение всеобщего декларирования доходов граждан страны.

По его мнению, эти основания понятны и обоснованны – ведь через механизм декларирования появляется возможность администрировать весь процесс и принимать решение о платежеспособности или неплатежеспособности конкретного гражданина, основываясь на его финансовых возможностях, вытекающих из его декларации о доходах и статусе имеющегося в его собственности имущества.

«Ознакомившись с законопроектом, возникают несколько вопросов. Законопроект вводится в действие с 2021 года одновременно с введением всеобщего декларирования граждан. Однако ни одной статьи, ни одного пункта, ни одного слова об использовании данных декларации граждан и связанных с этим механизмов, в том числе механизмов принятия решения, нет. Вопрос – зачем ждали всеобщее декларирование, а если дождались – как будут использоваться данные декларации физического лица в процессе принятия решения о признании или непризнании гражданина, по сути, банкротом? В законопроекте это не отражено», – подчеркнул депутат.

Также он коснулся вопроса единственного жилья. По его мнению, для данной социальной инициативы необходимо показать экономические обоснования, то есть последствия для финансового сектора, банков второго уровня. Нужна четкая ясность последствий, если предлагается списывать долги должников за счет кредиторов.

«Как мне сообщают банки, решение по единственному жилью приведет к следующим негативным для страны последствиям: прекратится выдача ипотечных займов, в том числе субъектам МСБ под залог жилья, независимо, является оно единственным или нет. Это приведет к остановке кредитования МСБ. Будут сорваны действующие программы «Нурлы жер», ипотечные программы банков и Жилстройсбербанка, а также озвученная президентом программа «7-20-25» в связи с рисками невозврата кредитов. Тогда как на данный момент рынок ипотеки показывает уверенный рост порядка 80 процентов в год по итогам 2017 года. Таким образом, доступ для значительной части граждан – потенциальных участников программы для улучшения своих жилищных условий будет закрыт», – считает Аманжан Жамалов.

Также депутаты подняли вопрос, на какие долги будет распространяться закон: на те, которые уже сейчас есть у граждан по гражданско-правовым сделкам, например кредиты, или на те долги, которые граждане возьмут по новым сделкам после принятия закона?

Вопрос подготовки инфраструктуры Комитета государственных доходов МФ для администрирования процедуры по всей стране также остается открытым. Какое количество администраторов предполагается задействовать, как будут выстроены барьеры против коррупционных схем, например, в случаях, когда администратор дал заключение о неплатежеспособности гражданина при наличии у последнего реальной возможности платить по долгам?

«В настоящее время в стране существует масса различных способов, позволяющих сторонам договориться между собой. Это медиация, мировое соглашение, банковский омбудсмен и так далее. Зачем нужно вводить еще один – процедуру восстановления платежеспособности на основе плана? Насколько мне известно, за рубежом долги списывают через суд. В этом и заключается смысл банкротства. Есть опыт Кореи, США и других стран. В целом полагаю, что механизм освобождения от долгов должен быть крайней мерой, когда нет других вариантов рассчитаться с долгами. Этого можно достичь, установив ограничения для должника, как в ходе процедур, так и после списания долгов. Законопроекты уже предусматривают некоторые запреты, но следует подумать над расширением их перечня. Такие меры не позволят создать ажиотаж среди желающих списать долги при принятии закона», – заключил депутат.

Майра Медеубаева