Ввод рынка мощности светит 10-процентной тарифной нагрузкой – эксперт

Рыночная ликвидность будет направлена на строительство и модернизацию электростанций на фоне профицита электричества в стране.

12 Октября 2018 07:40 Автор: Данияр Сериков
Ввод рынка мощности светит 10-процентной тарифной нагрузкой – эксперт, электричество, электрификация, Тарифы, РФЦ, KEGOC, ЭСО, НПП «Атамекен»
Фото: azh.kz

Ввод рынка мощности со следующего года может вылиться в увеличение тарифов на электричество по всему Казахстану на 10%. Драйвером может стать абонентская плата за мощность в структуре цены. Такими расчётами в интервью abctv.kz поделился общественный эксперт по электроэнергетике Пётр Своик.

«Конечно, с введением этой системы какое-то повышение тарифа будет. Но мы не можем с вами сказать, сколько это будет, потому что всё закрыто, всё непрозрачно и никаких, даже каких-то таких примерных прикидок Минэнерго, что нас ожидает, нет. Нас ожидает сюрприз, но можно предположить, что единый закупщик собирается оперировать где-то 100 миллиардами тенге, которые он хочет дополнительно собрать с потребителей. 100 миллиардов – это где-то 10 процентов от того, сколько сейчас электростанции получают на рынке электроэнергии, не на рынке мощности. Значит, нам может светить 10-процентная нагрузка», – посчитал экономист.

При этом собеседник затруднился прокомментировать, как будет распределяться вероятная финансовая нагрузка в разрезе регионов и потребителей ввиду закрытого характера финансовых схем в энергосистеме.

«Мы можем только гадать, сколько легальные, не избранные, а обычные потребители Казахстана получат надбавку. Теоретически [возможно] даже ноль процентов [роста], потому что никакого дефицита мощностей нет. Фактически, может, пять процентов, может, 10 процентов, может, 15 процентов. Это насколько хватит, так сказать, азарта, желания и осторожности у единого закупщика (расчётно-финансовый центр (РФЦ) при системном операторе KEGOC. – Ред.), чтобы не злить потребителя», – предположил Своик.

Сейчас на рынке электричества потребители платят за реально производимую и передаваемую по сетям электроэнергию, поясняет эксперт видение ситуации.

«Рынок мощности – это доплата, собираемая с потребителей за то, чего нет, за то, что ещё предстоит построить, ввести новую мощность. Это как бы авансирование этой несуществующей, но необходимой мощности, которая собирается с потребителей и идёт строителям этих новых мощностей», – разъяснил общественник.

Эксперт считает, что рынок мощности в Казахстане создают в спешке после переноса его запуска три года назад на 2019-й из-за предстоящей интеграции с электроэнергетическим рынком России. Напомним, он может заработать в 2020 году, писал ранее abctv.kz. Физически энергосистема Казахстана уже давно интегрирована в российский рынок, в этом году туда поставляло электричество «Самрук-Энерго». В Евразийской экономической комиссии ожидают подписание договора к июлю 2019 года.

Рынок мощности – затратное дополнение для энергорынка

Сейчас рынок электроэнергии в Казахстане состоит из двух уровней, которые соединяют так называемые энергоснабжающие организации (ЭСО), продолжает Своик. Такая модель была создана для расчётов и якобы развития искусственной конкуренции в электроэнергетике тэтчеровской Англии, которую переняли в Казахстане.

«Однако в электрической отрасли рыночная состязательность электростанций и ЭСО нереализуема: первые есть совокупная технологическая монополия, вторые – региональные естественные монополии. Задумка же коммерсантов от энергетики – искусственно разбить рынок на оптовый, где электростанции якобы свободно составляют договорные пары с крупными (более 1 МВт) потребителями и со специально созданными ЭСО – посредниками. А на розничном рынке уже эти ЭСО предлагают электроэнергию якобы по свободному выбору потребителей. То есть, ЭСО создали для того, чтобы обеспечить конкуренцию в отрасли, и они, ничего не производя и не транспортируя, только продают электроэнергию в рознице, соединяя её с оптом», – объясняет abctv.kz собеседник.

«На первом, так называемом оптовом уровне, ЭСО покупает электроэнергию у электростанций, и считается, что эти покупки организуются, производятся через свободный выбор ЭСО и электростанций и наоборот, через свободный выбор электростанциями каких-то ЭСО, продолжает эксперт. – То есть конкуренция, и, соответственно, это будет на благо потребителю. На втором уровне – розничный рынок электроэнергии, где мы, потребители, выбираем, у какой ЭСО покупать электроэнергию согласно критериям надёжности, дешевизны, и тем самым создаётся конкуренция между электростанциями и на нижнем уровне. По задумке в каких-то странах, может быть, эта модель и работает, но у нас получилось, что никакой конкуренции между электростанциями и ЭСО нет. Все пары покупки-продажи электричества создаются базаркомом закрытым способом».

«Если мы попытаемся с вами узнать, каким образом именно это ЭСО заключает договор именно с этой электростанцией, то у нас ничего не получится, информация полностью закрыта. Более того, если мы вообще попытаемся узнать, а сколько всего есть ЭСО и как они работают, по каким тарифам, то мы тоже мало что узнаем. Мы с вами знаем только, что публичных ЭСО, к которым мы прикреплены, например, «Астанаэнергосбыт» в Астане и «Алматыэнергосбыт» в Алматы, их примерно столько же, сколько регионов в Казахстане, или чуть больше, потому что в Северо-Казахстанской и Акмолинской областях по два таких энергосбыта, итого 17 таких ЭСО по стране. А всего их около 180, этих ЭСО, и вот с кем какие договоры имеют, кого они снабжают и с каким тарифом эти 180 ЭСО – эта информация закрыта, она не публична. Понятно, что специальные ЭСО снабжают специальных потребителей по специальным тарифам, которые намного меньше. Система закрытая, не конкурентная, а административно-распределительная», – обнаруживает он.

В беседе Пётр Своик привёл цитату главы Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий (АГМП) Николая Радостовца, который как-то заявлял, что стоимость электричества при электролизе алюминия составляет 3,7 тенге за кВт-час, в то время как рядовые потребители в городах платят по 15-20 тенге и более, а малый-средний бизнес – ещё раза в полтора больше. Вместе с тем никакой свободы выбора у простых граждан в выборе ЭСО нет, так как они прикреплены к ним на уровне региона, рассуждает он.

При этом специалист ссылается на документы самого Министерства энергетики, которое ранее признавало, что проведённая реформа в электроэнергетике не принесла плодов конкуренции и работающей модели рынка электричества. Понимание ситуации вылилось в ряд мероприятий, заложенных в 2015 году в трёх президентских шагах. Один из них был посвящён укрупнению РЭК и не был выполнен, отмечает Своик. Два других, далее отмечает он, подразумевали переход к единому закупщику (очевидно, РФЦ. – Ред.) и единой тарифной политике (унификации электротарифов по стране. – Ред.) с подачи Минэнерго. На тот момент предложенные меры были актуальны, актуальны они и сейчас, но реформирование электроэнергетической отрасли так и не состоялось.

«Поэтому тарифная пестрота для рядовых потребителей в разных регионах достигает вилки в два раза, а договорные пары ЭСО и избранных потребителей по особым тарифам сохраняются в непрозрачности», – делает вывод эксперт.

Присоединение к российскому рынку электричества будет означать половинчатые реформы в отрасли. Единый закупщик будет работать только на рынке мощности, так как рынок электроэнергии останется в своем нынешнем виде. Между тем схема интеграции с россиянами может означать, что крупные потребители в РФ смогут рассчитывать за счёт специальных договорённостей с ЭСО на дешёвую электроэнергию, к примеру, казахстанских ГЭС, а простым потребителям может быть навязано более дорогое российское электричество, указывает Своик.

Потребители вернут инвестиции в модернизацию мощностей

«С запуском рынка электрической мощности с начала 2019 с одной стороны дополнительная тарифная нагрузка будет не очень велика, потому что нет необходимости строить новые мощности. С другой стороны, если создана структура под названием единый закупщик, то они, конечно, начнут стараться. Тем более что основание для сбора денег уже есть. В частности, Балхашская ТЭС – предполагалось, что она будет строиться еще с советских времен. В планах нашего развития она уже существует лет 15, по крайней мере. Но до сих пор ее строительство так и не началось, хотя она действительно нужна. Но деньги на предварительные маневры, в частности, разработку проектной документации потрачены немалые. Понятно, что те, кто их потратил, хотят их получить назад, и вот тут появление единого закупщика конечно позволит начать собирать с потребителей и эти деньги», – убежден энергетик.

Другим аналогичным примером, по мнению собеседника, является Экибастузская ГРЭС-2, чье строительство стартовало еще в советские времена, но так и не было завершено.

«Особо стройка не идет и остановлена, потому что еще новых мощностей не надо. Но опять деньги потрачены очень большие на это, на построенные энергоблоки, их будут отбивать. На Экибастузской ГРЭС-1 тоже есть некие затраты, не на новые блоки, а на модернизацию, восстановление прежних блоков – и эту денежку захотят собрать. Кроме того, на единого закупщика, конечно, начнут выходить многие другие электростанции и их лоббисты. Для ТЭЦ даже вообще установлен некий общий уровень, который ТЭЦ будут доплачивать, не за то, что ТЭЦ Казахстана будут вводить новые котлоагрегаты и турбоагрегаты, нет, а за то, что они будут что-то там улучшать в своем нынешнем состоянии», – прогнозирует Своик.

В телефонной беседе он напомнил, что у каждой электростанции всегда объективно есть разрыв между установленной или формальной мощностью, которую должны вырабатывать турбоагрегат и располагаемой или реальной, которую они действительно могут давать. Такое различие продиктовано состоянием оборудования и технических параметров. Поэтому любая электростанция всегда может запросить средства на уменьшение этого разрыва, годами доказывая, что для достижения технологического предела мощности еще остается задел.

Отметим, что по данным АО «KEGOC», на начало 2018 года в единой энергосистеме Казахстана располагаемая мощность составляла 18,8 Гвт при максимуме нагрузке прошлой зимой 14,6 ГВт. Получается, что в стране есть более 4 тыс. мегаватт свободных мощностей. Такой серьезный запас есть, потому что экономика и энергопотребление сильно не растут, указал Петр Своик в разговоре. Говоря о вносимых поправках в модель рынка мощности, которые сейчас рассматриваются в сенате, о чем недавно писал abctv.kz, эксперт отметил, что такое развитие событий является следствием внутренних разборок закрытой системы.

«Господин Радостовец, представляющий интересы «евразийцев» (Евразийской Группы – Ред.) высказал идею, что они сами обойдутся без этого рынка электрической мощности, пусть их выведут, они сами будут решать. Обоснование очень простое – поскольку дефицита электрической мощности реально нет, и в частности, электростанции, принадлежащие «евразийцам» ни в каком увеличении мощности не нуждаются. Они добровольно отказываются от денежки, которую бы им мог давать единый закупщик. Почему отказываются? Скорей всего, потому что и не видят способов выкатить этому единому закупщику достаточно приличную смету на реконструкцию, модернизацию, увеличение мощностей, чтобы единый закупщик дал им хорошую денежку. А за такие копейки они и связываться не хотят», – говорит Петр Своик.

У вопроса есть и другая сторона, которая заключается в издержках для потребителей.

«С другой стороны они конечно посчитали, что вот эта вот тарифная нахлобучка, повышение тарифов для потребителей их может ударить другим боком, поэтому они отходят в сторону и говорят: «вы там как-нибудь сами, а мы потом». Тут же надо вот еще что добавить, что эти поправки, которые готовятся в законопроект – они, как и все предыдущие поправки, вот скажем, 2015 года, когда предполагалось, что к этому рынку электрической мощности будут переходить в 2016 году – они вообще написаны самими энергетиками под себя», – полагает общественник.

По мнению Своика, в целом закон «Об электроэнергетике» был написан энергетиками под себя очень сложно и туманно. В казахстанском парламенте нет специалистов по отрасли, которые бы разбирались в ее тонкостях. Возможно, там будут обсуждения по второстепенным поправкам в модели рынка мощности, однако по сути, понимания у депутатов не будет. Поэтому «евразийцы» откровенно лоббируют свой интерес, ведь с какой-либо контраргументацией он не столкнется, считает эксперт.

«Закон «Об электроэнергетике» написан энергетиками под себя, вообще не предусматривает каких-либо механизмов проверки и контроля. Все, что там написано насчет проверки и контроля – это ведомственные внутренние дела. Никого чужого туда не подпускают. В законе прописан Совет рынка, только он там просто назван, что это совет рынка, что это консультативная организация, не регулирующая, не управляющая, а консультативная организация, что она участвует в мониторинге деятельности рынка электроэнергии, рассматривает инвестиционные программы, и вносит предложения. Как он создается, этот совет рынка – никак не прописано. Фактически же получилось вот что: министр энергетики издал приказ, в котором в качестве совета рынка он закрепляет Казахстанскую электроэнергетическую ассоциацию. Опять же эта самая ассоциация, уважаемая, в которой действительно есть опытные специалисты, профессионалы своего дела, но полностью внутри энергетической ассоциации представителей другой стороны, в частности потребительской, нет по определению. Энергетика все на себя замкнута, и если кто-то что-то и проверяют, то они только сами себя и проверяют», – рассказал Своик.

По словам эксперта, серьезную роль в повышении прозрачности рынка электроэнергетики мог бы сыграть Национальная палата предпринимателей (НПП) «Атамекен».

«Она, в конце концов, представляет не только самих энергетиков, но и потребителей, потребителей даже больше в числе. А если это потребители от бизнеса и профессионально защищают свои интересы, то они тем самым автоматически будут защищать интересы и других потребителей. Нацпалата здесь была бы очень к месту. Но, к сожалению, она эту свою роль не исполняет. В частности, в НПП есть совет по тарифной политике – он называется экспертный совет по тарифной политике, но этот совет не работает. В НПП есть целый комитет по энергетике, который, к сожалению, тоже состоит из одних энергетиков, то есть лоббистов самих себя, и больше там никого нет. Поэтому НПП, к сожалению, наполовину просто находится в стороне от реальных проблем, на другую половину является таким же лоббистом с закрытыми интересами, не представляющим интересы потребителей», – считает он.

Кто и как поделит вероятные издержки?

Раскрывая для abctv.kz вопрос о необходимости единого закупщика, Петр Своик напомнил, что такая система закладывалась в качестве одного из президентских шагов несколько лет назад. Его запуск мог означать в том числе унификацию тарифов на электроэнергию по всем регионам Казахстана.

«На самом деле, единый закупщик создается не на главном рынке – электрической энергии, а только на рынке мощности. И он никаких накопившихся на рынке электроэнергии тарифных проблем не позволит сгладить. Хорошо, если он на рынке мощности будет равномерно распределять между всеми ЭСО единую тарифную надбавку по всем видам потребителей по всем регионам, и то не факт. Так как схема закрытая, скорей всего, кому-то что-то достанется, кого-то нагрузят на полную катушку, а кто-то сможет от этой нагрузки увильнуть. Но в любом случае сегодня по регионам и видам потребителей существует тарифная пестрота, без какой-либо логики. К примеру, в Астане и Алматы разные тарифы на электроэнергию, хотя мы входим в единую энергосистему, и вроде столица не должна быть больше или меньше по тарифам, должны быть на равных. В разных регионах есть разное разделение на тарифы для физлиц и юрлиц. Где-то эти группы платят одинаково, а где-то по-разному. Тоже самое по регионам – где-то тариф выше, где-то ниже. Такая пестрота лишний раз характеризует неработоспособность рынка электрической энергии, построенной на ЭСОшках, и вот на всю эту закрытость и неупорядоченность в спешке нахлобучивается рынок электрической мощности с единым закупщиком. Ко всей этой тарифной пестроте просто добавится надбавка и хорошо, если всем одинаковая, но очень может быть, что нет», – рассуждает эксперт.

Расчетно-финансовой центр был придуман при KEGOC, это еще одно доказательство полностью лоббистской и непрозрачной системы электроэнергетики, отметил Своик в комментарии abctv.kz, отвечая на вопрос о том, почему РФЦ не был создан в качестве подведомственного органа министерства энергетики.

Отметим, со своей стороны, что в некоторых странах системный оператор сетей занимается только транспортировкой электричества на большие расстояния по высоковольтным сетям. В то время как функции по диспетчеризации и администрированию платежей внутри энергосистемы находятся в руках другие организаций, таким образом, рыночная сила не порождает конфликт интересов.

«Что такое KEGOC – это на самом деле высоковольтные электрические сети, которые в силу истории еще Советского Союза сконцентрировали у себя более высокий класс специалистов – диспетчерское управление исторически у них собиралось. Теперь вот эта структура, которая на самом деле всего лишь предприятие электросетей, отличающееся от десятков других предприятий электросетей в Казахстане только тем, что это предприятие, работающее с высоким напряжением, и, соответственно, требующее более квалифицированных специалистов и все. Так вот KEGOC на самом деле царь и бог в энергетике. Никакое министерство энергетики не решает вопросы энергетики, в министерстве там и специалистов-то нет, и их вес, авторитет он куда меньше, чем вес KEGOC. И никакой комитет по регулированию естественных монополий тоже не занимается энергетикой, вернее, формально, если закон посмотреть, то он многим чем занимается в энергетике. Но на самом деле все смотрят в рот KEGOC. Что KEGOC сказал, то и будет», – убежден Своик.

«Если KEGOC сказал, что расчетный центр по стимулированию закупа возобновляемой электрической энергии (РФЦ по ВИЭ – Ред.), это отдельная история, будет при нем, то так оно и случилось. Расчетно-финансовый центр по ВИЭ он существует уже не первый год и благополучно работает. Почему при KEGOC – а потому что KEGOC главнее кого бы то ни было в этой стране, кроме Нурсултана Назарбаева, в электроэнергетике. Почему сейчас этот рынок мощности будет опять при KEGOC – по тем же самым причинам. Конечно, вполне можно было бы и нужно бы сделать это на независимой площадке. Конечно, НПП «Атамекен» должна была бы принимать активное участие как независимый, сбалансированный участник, представляющий интересы и производителей, и потребителей на энергорынке. Но KEGOC сказал, что будет так, значит, будет так», – подытожил эксперт.

Данияр Сериков